Анализ романа Черкасова «Хмель»

Изо дня в день, двигаясь по привычной орбите и лишь изредка изменяя курс, мы с трудом можем осознать, как велика и многообразна наша страна на самом деле. Даже долгий и пристальный взгляд на карту не поможет представить, что творится, например, в местечке по имени «Анадырь», как выглядит Карелия, и чем живет остров Сахалин. Сейчас, конечно же, есть фото и видео, травелоги и путевые очерки, однако смогут ли они передать атмосферу этих мест, нравы этих людей и старый, потрескавшийся портрет местной природы, написанный чувством и мыслью настоящего художника, а не фотокарточку, выглаженную и отполированную с помощью графического редактора? Едва ли. Но масштабные полотна тех диких и экзотических мест уже созданы и никуда не делись. Их авторов уже нет в живых, а они остались и радуют глаз ценителя уже не первое десятилетие. Одна из самых известных картин, где виртуозно изображены вековые сибирские леса, старообрядческие общины и ссыльные семейства, чья жизнь отражает историю целой страны, это знаменитая трилогия «Сказания о людях тайги» А.Т. Черкасова и П.Д. Черкасовой-Москвитиной.

История создания трилогии «Сказания о людях тайги»

История создания этой трилогии сама по себе напоминает роман: ему предшествовали напряженные драматические события. Алексей Тимофеевич вернулся в родной Красноярск после трех лет тюремного заключения. Такие сроки в репрессивные советские времена раздавали за милую душу любому случайному прохожему. Однако на малой родине писателя ждал холодный прием: на него донесли в соответствующие органы. В результате «тщательного» разбирательства Черкасов попадает в больницу для душевнобольных. Такая мера позволяла не раздумывать над запятой в дилемме «Казнить нельзя помиловать»: можно было делать и то, и другое.

Возможно, Алексей Тимофеевич так и остался бы невозвращенцем в родном городе, если бы не его будущая супруга, Полина Дмитриевна Москвитина. Она работала цензором и по долгу службы ознакомилась с письмами «шизофреника» к матери. Женщина была потрясена такой жуткой несправедливостью  и решила повидаться с пленником. После задушевного разговора она поняла, что не обманулась: перед ней был абсолютно здоровый человек! Затем цензор сделал все возможное, чтобы вызволить своего подопечного.

От нее отвернулись все родственники и друзья, что уж говорить о работе. Зато она стала женой, музой, соавтором писателя, творения которого прославились на весь мир. Именно она не позволила попасть ценнейшему литературному дарованию. В тюрьме Черкасов потерял рукописи своих дебютных произведений, и от них у автора остался только отточенный стиль. Его сохранившиеся работы хранят лишь память о тех, что были ранее. Память, которая неподвластна колючей проволоке.

Первый книгу (сборник повестей и рассказов) Черкасов выпустил в 1949 году, но ее успех затмила последовавшая за ней трилогия, включающая романы «Хмель», «Черный тополь» и «Конь рыжий» под общим названием «Сказание о людях тайги».

«Популярность у трилогии была невероятной, вскоре она уже перешагнула пределы страны. Произведения Черкасова были переведены на многие языки, издавались в Югославии, ГДР, Бразилии…» — вспоминают современники

Некоторые исследователи и рецензенты полагают, что роман «Хмель» (первый роман в трилогии) является самым сильным произведением автора. Однако даже если вы решите прочитать только его, вряд у вас хватит принципиальности пренебречь другими частями: сюжет настолько завораживает, что хочется следовать по его стопам снова и снова. Поэтому чтобы не портить интригу, мы проанализируем лишь первую часть знаменитой трилогии «Хмель».

Почему роман называется «Хмель»?

Сюжет произведения весьма увлекателен и запутан, как вьющиеся побеги хмеля – растения, распространенного в тайге. В одной из частей автор пишет: «Жизнь в Белой Елани, как хмель в кустах чернолесья, скрутилась в тугие узлы. Идешь и не продерешься в зарослях родства и староверческих толков и согласий».

Краткое содержание романа Черкасова «Хмель»: о чем произведение?

Автор обрел страсть к творчеству под влиянием своего деда, Зиновия Андреевича, который из уст в уста передал внуку семейные «предания старины глубокой», поэтому в сюжетную канву книги вплетаются реальные исторические события. Прадед Алексея Тимофеевича был декабристом и беглым каторжником, как и герой романа «Хмель» Лопарев. Оба они нашли в Сибири пристанище и любовь, испытания духа и тела, только вот вольной воли и правды среди сибиряков они не обрели.

Александр Лопарев сбегает с этапа и сталкивается с раскольниками – представителями старообрядческой церкви, которая в 19 веке уже давно была приравнена к секте и не без оснований: дикие порядки царили в общинах, а деятели их церкви поддерживали Разина и Пугачева. Духовный отец Филарет принимает каторжника, ведь тот восстал против власти «царя-антихриста». Однако лицемерный и фанатичный старец строит козни против «щепотника», так как его вера чужда племени и может его развратить. Александр тайно заводит дружбу с Ефимией, молодой знахаркой, которую все считают еретичкой. Девушка оказывается представительницей дворянского рода. Она готовилась принять постриг, однако познакомилась с праведником, и он научил ее тому, что все библейские сказания придуманы корыстными людьми. Героиня поверила этому. За это церковные власти обрекли ее на пытки и смерть, однако ее выручил сын Филарета и против воли женился на девушке. Так она оказалась в общине.

Молодые люди влюбляются друг в друга, и Александр предлагает Ефимии бежать, так как зверские законы Филарета и его братии угрожают их жизням. Но идти им некуда, кроме того, знахарка видела свой долг в том, чтобы помогать людям. Беда обрушилась на обоих влюбленных: Ефимию схватили и начали пытать, как еретичку, удушив и ее малолетнего сына. Александра жестоко избили. Из-за этого в общине произошел переворот, который давно зрел в умах заговорщиков.

Перемена власть имущих ни к чему хорошему не привела: новые тираны взяли общинное золото, а людям оставили нищету и голод. Муж Ефимии Мокей, узнав о гибели сына от рук отца, оскверняет иконы и разочаровывается в вере. Он уходит из общины и случайно становится замешанным в убийстве купца. Урядники во всем винят «секту» и разгоняют общину, но политического заключенного Лопарева они находят на последнем издыхании. Защищая Ефимию от убийц (которым она выпалила всю правду о том воровстве и произволе, что происходит в общине), он пал от ножевого удара вора и каторжника Третьяка. Вот так для западника обернулось русское старообрядчество.

Дух времени в романе

Действие в романе началось в 1826 году после того, как произошло восстание декабристов, а герой отсидел некоторое время в камере, где из него «выбивали» показания. С помощью образа Лопарева автор показал контраст между началом 19 века в центральном регионе и темным средневековьем в сибирских лесах. И читателю просто невозможно поверить, что два времени существуют в одной стране, как Лопарев и Филарет, Ефимия и Третьяк. Такие разные люди, такие разные судьбы в столкновении обнажают пульсирующий нерв огромной и загадочной Российской империи.

Все, что происходит в царской России, читатель узнает из воспоминаний Лопарева. Железная рука жандарма Европы Николая Первого закручивает гайки: либеральная мысль преследуется, а методы борьбы с нею отбрасывают Россию назад, в те непроглядные смутные времена, когда жизнь человека не имела цены.  Однако после знакомства со старообрядческим укладом жизни декабрист готов предпочесть каторгу и тюрьму праведной Филаретовой крепости, где время будто остановилось. Жену сжигают заживо при муже за рождение шестипалого младенца – именно такой божий суд встречает героя в общине. Ночью раскольники расшибают лбы в молитвах, днем ищут очередного еретика или «алгимея». Духовный отец общины Филарет якобы был духовником самого Пугачева и хорошо усвоил его повадки. Поэтому сохранению крепости сопутствовало повсеместное насилие и угнетение.

Перед читателем предстает другая, незнакомая ему из учебников истории, Россия, неподвластная царю и православию, суеверная, хищная и жестокая, как дикий зверь. Леса укрывают ее от остального мира, да что уж там, от самого течения времени. В них жива еще память о Пугачеве, о старозаветных притчах, о ведьмах и колдунах, как будто все это было еще вчера и вернется завтра, стоит только радеть в молитве и укреплять церковь. Ее автор мастерски определяет, показывая обряды, традиции и менталитет общинников. Их схимничество, доведенное до фанатизма, вырисовывается в отношении к женщинам, например. Если мужчина не применял насилия в семье, его могли заподозрить в слабости по отношению к «паскуднице». Любая нежность на людях каралась епитимьями и едва ли не телесным наказанием. Жизнь женщины, как и ее рождение. Ценились гораздо ниже, чем мужская. Когда девочка появлялась на свет, это могло стать поводом для обвинений и наказаний в адрес матери, которую считали виновной.

Особый колорит произведению придает уникальный язык с характерными архаичными выражениями, которые дополняют образ героев. Так, бывалый каторжник Третьяк часто балуется ругательствами типа «зело борзо» и т.д. Филарет использует много церковно-славянских слов, к примеру, «изыди», «алгимей» или «еретик». Ефимия с легкостью трактует Библию, употребляя книжные выражения из религиозных трактатов. Мокей выражается односложно, зато просто и эмоционально.

На современный русский язык похожи только реплики Лопарева, который напоминает гостя из будущего в этом средневековом царстве. Он – носитель западного менталитета, усвоенного им в Польше. Однако к новому, прогрессивному и демократическому порядку Россия того периода еще не готова, поэтому герой обречен на гибель от рук тех, кого пытался спасти.

Однако главная идея романа «Хмель» в том, что и религия, в которой многие и по сей день видят спасение, как другие ищут его в западно-европейской модели управления и воспитания, не оправдала ожиданий. Она вела людей, бесспорно, но в тупик. Спасаясь от царя-антихриста, люди не заметили, как попали под власть куда более деспотичную и несправедливую – власть фанатизма. Он был более опасен и хитер, чем царь: он засел в головах, а не на троне. Его люди не видели, а, значит, и не существовало его вовсе. Бредовые сны, рождающиеся от бесконечных постов и молитв, староверы принимали за божье знамение, а изуверские причуды духовника за проявления святости. Именно так они и не заметили, как стали убивать друг друга «под иконами», во имя того, кто заповедывал «не убий». Стоит ли удивляться, что почти все главные герои отринули веру и начали искать спасение в собственных силах?

Феноменальный успех романа: почему читатель до сих пор любит «Хмель»?

Многие люди, открывая роман о старообрядчестве, ожидают услышать поучение в духе Владимира Мономаха. Они думают, что автор начнет журить их за то, что они погрязли в мирской суете и праздности, а истину знали лишь древние наши предки, и сейчас она надежно укатана в трудновоспроизводимые письмена, выведенные на страницах чуть ли не вязью господней. Однако Черкасов разрушает стереотипы и погружает читателя в яркий и реалистичный сюжет, где герои – это именно люди, а не богатыри, прекрасные принцессы и злобствующие кащеи. Они способны на геройство и на низость, на отвагу и на смелость, на заблуждения и праведность, как и все мы, они поступают то так, то эдак в зависимости от жизненных обстоятельств. Нет плохих и хороших, есть обыкновенные люди, оказавшиеся вдали от целого света, как на необитаемом острове. Нет у них барщины, нет царя, что же они сделали с «вольной волюшкой»? Добровольно от нее отказались. Эта искренность и горькая правдивость романа подкупают современного читателя, который уже успел непредвзято взглянуть на людской род и оценить его трезво, без восторженности или излишнего пессимизма. Как-никак, за его спиной столько прожитого и накопленного опыта, что он знает гораздо больше, чем его ровесник век назад. Информация доступна ему во всем своем многообразии, поэтому он может определить, насколько честен и объективен автор, в подробностях описавший быт и нравы раскольников.

Кроме того, сюжет романа «Хмель», как и двух других частей, нетривиален и увлекателен. Он очень быстро заинтересовывает читателя и не дает отвлечься. Автор часто ставит героев в такое положение, что осудить его поведение довольно сложно, и это стимулирует человека к сложной мыслительной работе, где мораль, вера и людские чувства не могут разойтись на узкой тропе, и непонятно, кому уступить дорогу.

Нельзя обойти и натурализм в романе, который отмечают многие рецензенты. Автор не побоялся показать откровенные сцены и желания своих героев, однако его творение никак нельзя назвать эротическим. О физиологических подробностях говорится сдержанно и со вкусом, а не лишь бы угодить массовой ориентации на телесность в литературе. Нагота в романе есть, но едва ли чьи-то чувства сильно покоробятся, когда грудь назовут грудью.

Галерея героических образов Черкасова

Разумеется, самая выигрышная отличительная черта романа «Хмель» — эта галерея героических образов Черкасова. Неидеальные, но сильные духом люди нащупывают истину вдали от влияния цивилизации. В отличие от пришлого горожанина, таежные жители уходят от Бога не через научение со стороны или модную тенденцию в обществе, а кровью и плотью высекают искры разума в своих головах. Лопарев разуверился в Бога еще мальчишкой, подражая товарищам, к которым был привязан. А вот Мокей задумался об истинности веры, наблюдая за пытками и истязаниями. Но последняя капля переполнила чашу терпения, когда его родного сына задушил его же отец «под иконами» и перед израненной женой Мокея. Его атеизм был выстрадан, как и новая вера Ефимии, которую не раз пытали «во имя Иисуса».

Мокей – это образ человека естественного, пылкого и непреклонного. Раз полюбив, он любил до гроба. Раз разуверившись, он не вернулся к Богу. Раз изведав свободы, он отдал за нее жизнь. Сначала он пребывал под действием своего окружения, но тайно тяготился им. Когда же смог говорить открыто, наконец, понял, что угнетал свою «подружию» Ефимию оттого, что не понимал ее и не смог заслужить ее любви. За это он каялся перед нею всю жизнь, а она стала уважать в нем незаурядную и самобытную личность. Именно своей отчаянной отповедью открыл ей глаза на то, что верой люди лишь прикрываются, чтобы тиранить других людей и вершить свой суд, а не Божий. Самостоятельность и сила мысли Мокея сделали возможным то, что он сам пришел к истине, отказавшись от мучительного суеверия предков. На его примере автор показал экзистенциальный бунт личности против условностей среды и вековой тирании государств, церквей и бездушных идолов.

Ефимия, как нам кажется, была литературным воплощением жены автора Полины Дмитриевны. Такая же сильная и независимая, она не побоялась бросить вызов системе в лице Филарета, а позже и всему суеверию в целом. От нее тоже все отказались, и в других частях романа родственники будут проклинать свое родство с нею. Для них она – ведьма и еретичка, как в свое время была и Полина Дмитриевна среди коллег, знакомых и родственников. Однако и та, и другая имели непреодолимую тягу к справедливости и горячую любовь к людям. Они не могли молча мириться с произволом, какой бы личиной он не прикрывался. Ради любви они пошли на огромный риск и чуть было не поплатились за нее жизнью, принося надежду и утешение страждущим, а угнетателям – позор и обличение.

Как и рассказчица «Сказаний» (именно от долгожительницы Ефимии автор узнает о судьбах и событиях, которые описывает), Полина Дмитриевна Черкасова – Москвитина прожила долгую и плодотворную жизнь и здравствует по сей день. Благодаря ей о жизни Алексея Тимофеевича Черкасова нам известно очень многое, как и о его творчестве.  Она — автор биографического романа «Лиловый сад», написанного ею после кончины Алексея Тимофеевича.

Именно о ней Черкасов сказал в предисловии к «Хмелю»: «Без твоего мужества в трудные годы, без твоего истинно творческого участия, когда мы вместе создавали замысел Сказаний, вместе работали, переживали горечи неудач и счастливые минуты восторга, без такого творческого союза, друг мой, я никогда бы не смог написать Сказаний о людях тайги» Алексей Черкасов.

Интересно? Сохрани у себя на стенке!

Читайте также:

Чего вам не хватает или что вам не понравилось в этой работе?

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *